Цзими (Джимми Ляо): те картины, что считают «исцеляющими», — это то, что вынес из стеклянного сосуда выживший после рака крови

Существует некая рыба, которую держат в прозрачном стеклянном аквариуме. Она видит внешний мир, видит пришедших посмотреть на неё людей, но как бы она ни плавала — не выберется из этой прозрачной комнаты.

Эта рыба — Цзими 1995 года. Ему было 37 лет, ему поставили диагноз «острая миелоидная лейкемия», он лежал на химиотерапии в стерильной камере. Друзья приходили в гости — он мог только отодвинуть штора, сквозь стекло махать им рукой. Годы спустя он сказал: «Рыба в том стеклянном сосуде — это я сам».¹

Тайваньцы в большинстве своём помнят Цзими иначе. Мы помним мужчину и женщину, пропустивших друг друга в «Иди налево·иди направо», слепую девушку в «Метро», ту иланьскую площадь Цзими, где можно сфотографироваться для соцсетей. Мы отнесли его к полке «исцеляющего», «венчуань», «бестселлеров». Но одна рецензия попала в точку точнее: Цзими «на самом деле — человек, побывавший в аду… самый тёмный и страшный оттуда он принес обратно самым тёплым способом».²

30 секунд обзора: Цзими, настоящее имя Ляо Фубин, родился 1958 года в Лодуне (округ Илань), 12 лет работал арт-директором в рекламе. 1995 года подтвердился диагноз — рак крови, пять месяцев химиотерапии, после выписки он впервые всерьёз взялся за книжки-альбомы. Он сравнил болезнь с «стеклянным сосудом» — изоляция, одиночество, видишь, но не можешь коснуться. «Улыбающаяся рыба», «Луна забыла», «Метро» — за каждой книгой стоит реальная смерть и изоляция. Эти картины, за «исцеляющие» которые принимают, на самом деле — выживший перевёл самое тёмное на читаемую форму. Позже это выросло в визуальную империю, охватывающую кино, мюзиклы, цирк, метро и общественное искусство, в 2026 году всё ещё прославляемое 25-летием в Гонконге.

1995 год: стеклянный сосуд

После демобилизации Ляо Фубин попал в рекламное агентство, пробыл там 12 лет, по отчётам — в Ogilvy на посту арт-директора.³ Это была приличная работа. Каждый день он рисовал иллюстрации, на них было много маленьких фигурок, он называл их «маленькими людишками». «Сначала я не вкладывал душу в маленьких людейшков, они были просто инструментом, на котором я зарабатывал».⁴

1995 года первым дал о себе знать правый бедро — боль необычная. Диагноз: острая миелоидная лейкемия.⁵ Далее — пять месяцев химиотерапии, пункции спинного мозга, изоляция в стерильной камере. Врачи боялись инфекции, даже друзья могли навестить только сквозь слой стекла.

Позже он сжал те дни в одну законченную фразу: «Болезнь — это мой стеклянный сосуд, она полностью отделяет меня от людей, так что как бы я ни старался, не выберусь из этой прозрачной комнаты, сейчас стало немного лучше, но я знаю, что я всё равно не как все».⁶

Странно, но именно эта болезнь стала истинной точкой отсчёта творчества. До госпитализации он рисовал иллюстрации лет десять — у тех маленьких людейшков не было жизни; после выписки «чувствовал, что маленькие людишки ожили… появилось ощущение, что есть о чём рассказать».⁷ Он описывал роль творчества очень практично: «Творчество помогало мне забыть страх перед болезнью, смягчало мою печаль».⁸ Иными словами, рисование изначально было способом человека, только что вернувшегося из предсмертного состояния, удержать себя, а смотрет ли на это кто-то — уже дело последующее.

Того периода с ним прошла жена Пэнь Цяньвэнь — позже переводчица первых четырёх томов «Гарри Поттера» на китайский.⁹ В интервью он упоминал, что именно при «заботливом и строгом уходе» жены организм медленно выздоровел.¹⁰ Когда человек в самый уязвимый момент, рядом есть кто-то, кто его подстраховывает — это позже просочилось в его книги. Одиночество у Цзими никогда не бывает чистым отчаянием, в каком-то углу всегда остаётся щель, где кто-то есть.

Пережитое дало ему чувство времени, которого нет у других. «1995 год, я заболел раком крови, каждый день просыпаясь, чувствовал, что это выигранный день».¹⁰ Человек, который каждое утро просыпается с мыслью «выиграл», смотрит на одиночество, на упущенные возможности, на смерть под углом, недоступным тем, кто там не был.

Но у этой перспективы есть цена. Творчество для него не было лёгким исцелением, скорее — снова и снова вскрывание раны. Он когда-то описал те дни так: «Заходил в мастерскую, видел вчерашнее нарисованное — сначала плакал до конца, потом начинал работать».¹¹ Те маленькие людишки, что читатели считают милыми, вышли из рук человека, рисовавшего сквозь слёзы. Каждая его последующая книга несла взгляд из того стеклянного сосуда, сквозь прозрачный слой глядя на мир, которого не коснёшься.

«Рисую для взрослых»

Января 1998 года Цзими за раз выпустил две книжки-альбома — «Секрет в лесу» и «Улыбающаяся рыба», ему было 40 лет.¹² Тот же год принес обеим книгам три главные книжные премии — кайцзянь, хаошу дацзянь ду, душузжэнь — в категории детской литературы.¹³

Здесь кроется парадокс. Книги Цзими получали детские премии, но он сам прекрасно знал: «Рисую (это) для взрослых, адресат рассказа — даже я сам».¹⁴ Магистерская диссертация 2003 года подсчитала: среди его читателей 16–30 лет — восемьдесят процентов.¹⁵ Писатель, получивший детские премии, пишет для взрослых, основная аудитория — студенты и офисные работники, это смещение само по себе история.

Источник данных: магистерская Хуан Цзяньяо 2003 года, перецитируется в журнале Национального университета Тайдун «Журнал изучения детской и юношеской литературы и культуры» статьёй «Цзими и книжки-альбомы для взрослых».

Сказать, что жанр «книжки-альбомы для взрослых» изобрёл Цзими один — неточно. Ещё до него Юйшань шэ в 1995 году открыла серию «Классические книжки-альбомы», 1997 года привнесла французского иллюстратора Санпэ (Jean-Jacques Sempé), разогнав рынок взрослых книжек-альбомов.¹⁶ Цзими, полюбивший Санпэ, по уговорам главного редактора издательства родил свою дебютную работу. То есть почва была подготовлена, он — тот самый семечек, упавший в нужное время, выросший выше всех.

В 1990-х на Тайване, спустя несколько лет после снятия военного положения, поднимались урбанизация и индивидуализм. Молодые уезжали из родных мест в Тайбэй учиться, работать, заселяли в крошечные студии, впервые массово пробовали на вкус «быть одному». Книжка-альбом, говорящая об одиночестве, об упущенных возможностях, для взрослых — как раз вклинилась в эмоции того времени.

Картинки Цзими смогли из личного исцеления стать подарками, которыми целое поколение обменивалось, потому что он изобразил то, что многие не могли сказать вслух. Тогда в кофейнях, на стенах общежитий, на станциях метро — везде его картинки; расставались пары, друзья теряли надежду, кто-то уходил в армию — подарить книжку Цзими никогда не ошибешься. То, что он в палате рисовал для себя, случайно стало общим языком целого поколения, знаком не требующим объяснений.

Каждая книга — одно погружение

Раскрой книги Цзими рядом — заметишь легко упускаемую вещь: те картины, за «исцеляющие» которые принимают, почти каждая начинается в очень тёмном месте.

Источник данных: официальный сайт Цзими (jimmyspa.com), Дакуй вэньхуа, Википедия, официальные материалы фестивалей; возраст при диагнозе и период химиотерапии — по автобиографическим интервью Цзими.

«Улыбающаяся рыба» — и есть та рыба из стеклянного сосуда. Мужчина в аквариуме замечает рыбу, улыбающуюся ему, забирает домой, а однажды ночью выпускает её обратно в море. Изолированный человек, запертое желание, в конце — отпускание. Когда книга вышла, Цзими только что вышел из той прозрачной комнаты. Фраза «Болезнь — это мой стеклянный сосуд» написана именно в «Улыбающейся рыбе».¹⁷

«Луна забыла» вышла в октябре 1999 года, написана накануне землетрясения 21 сентября (921). У неё три реальных источника: бывший коллега Цзими из рекламного агентства, на обеденном перерыве прыгнул с крыши, оставив жену и дочь; муж хорошей подруги уехал в Пекин на совещание, инсульт — и конец; плюс одна большая отключка в Тайбэе.¹⁸ Книжка-альбом, выглядящая нежной, о луне, стоит на двух человеческих жизнях и городе, внезапно погружённом во тьму. Цзими сказал, он «должен луне историю».¹⁹ Официальное описание книги: «Грузовики улыбающихся лун езднувших лун везут в каждый печальный тёмный город».²⁰ Смерть он нарисовал колесами светящимися, уносимыми утешать лун.

«Метро» вышла 2001 года — пятый год болезни Цзими. Врач когда-то сказал ему: «Если переживёшь пятый год, выживаемость резко подрастёт».²¹ Для больного лейкемией пятый год — порог жизни и смерти. В тот год он нарисовал слепую девушку, ищущую дорогу в метро, книга открывается фразой: «В год, когда ангел на входе в метро попрощался со мной, я постепенно перестал видеть».²²

Та слепая — его собственный альтер-эго, вся книга нарисована в тени смерти. Рисуя, он очень боялся, что не успеет закончить книгу раньше, чем сам придётся махнуть рукой на прощание. Поэтому позже он сказал, эта книга «весь текст — это вид подбодривания самого себя».²³ Человек, боявшийся не дожить до публикации, нарисовал невидящую, но не остановившуюся девушку. Это на самом деле голос, которым он на краю пропасти поддерживал себя, только он нарисовал его такой нежной, что читатели приняли за сказку на ночь.

В сравнении с этим, 1999 года «Иди налево·иди направо» — самая запомнившаяся у широкой публики книга, но и самая жестокая. Девушка, привыкшая поворачивать налево, и юноша, привыкший направо, живут в одном доме по разные стороны стены, так близко — а раз за разом пропускают друг друга. Вдохновила книгу поэма польской поэтессы Шимборской (нобелевская лауреатка 1996 года) «Любовь с первого взгляда», где речь о двух прохожих, задевающих плечами, но давно уже связанных невидимыми нитями.²⁴ Упущенное — не случайность, упущенное — структура бытия: ты думаешь, встреча — чудо, а на самом деле норма — пройти мимо.

Тень болезни тянется далеко. Даже в 2000 году «В моём сердце каждый день расцветает цветок» он писал: «Рисуя эту книгу, тень болезни всё ещё не уходила из моего сердца».²⁵ 2006 года «Синий камень» некоторые рецензенты называют его самой грустной книгой — о синем камне, расколотом, неуклонно раскалывающемся, отправляющемся в «роскошное и вместе с тем измученное» путешествие; но собственная аннотация Цзими не останавливается на грусти: «Даже луч надежды может осветить тьму всей вселенной».²⁶ Обратная сторона тьмы — он всегда оставляет немного света. 2008 года «Прячусь в уголке мира» — как шепот всем, кто не держится: «Тсс — прячься в уголке мира, будь тих, забудь время, стань собой».²⁷ 2009 года «Звёздное небо» — о двух одиноких подростках, сбежавших из дома, фраза «где есть тень, там обязательно есть свет» почти может служить комментарием ко всему творчеству Цзими.²⁸

Та улыбающаяся рыба поплыла и на экран. 2006 года «Улыбающаяся рыба» экранизировали в десятиминутный анимационный короткометражку без слов, режиссировали Линь Болян, Дуань Илюнь, Шь Чанцзэ, музыку написал Чэнь Цзяньци.²⁹ Фильм вошёл в детскую программу 56-го Берлинского фестиваля (Generation), получил специальную премию Немецкого общества защиты детей за лучший короткометражку.³⁰ Одиночество тайваньца, нарисованное в палате, превратилось в образ без единой реплики, понятный всему миру.

🎙️ Заметка куратора: Поставив эти четыре книги в ряд, обнаруживаешь: ярлык «исцеляющий» перевернул причинно-следственную связь. Обычное понимание: «Картинки Цзими милые, поэтому расслабляют». Но порядок обратный: читатель чувствует исцеление, потому что автор сначала честно вошёл в изоляцию, смерть, упущенное — самые тёмные места — и вышел, прихватив немного света. Утешение работает именно потому, что его протягивает человек, реально побывавший в стеклянном сосуде. Лю Жуньчжи говорит, его работы «никогда не были реалистическими, всегда несли некоторую сновидческую, сюрреалистическую ноту». Тот слой сновидчества — способ перевода: невыносимую реальность превратить в форму, которую можно прочитать.

Цзими за пределами страницы

Самое контр интуитивное у Цзими, пожалуй, здесь: самая интимная болезнь, одиночество одного человека в палате — в итоге выросли в язык, который можно бесконечно копировать, ставить на самые разные сцены.

Кино — первый путь, и сразу четыре картины. 2003 года «Иди налево·иди направо» сняли в Гонконге Ду Цыфэн и Вэй Цзяхуэй, главные роли — Цзяньчэн У и Лян Ынци, это первый китайский фильм, в который вложилась Warner Bros, главная тема на мандарин — «Встреча» Сунь Яньцзы.³¹ Тот же год «Метро» — режиссёр Ма Вэйхао, продюсер Ван Цзявэй, музыка Ло Цзянь.³² 2011 года «Звёздное небо» — режиссёр Линь Шуйю, по книжке 2009 года, в номинантах 49-й «Золотой жеребца» — четыре категории.³³ Ещё один фильм, легко упускаемый: 2003 года «Пейзаж любви», режиссёр Ли Мяосюэ, в конкурсной программе Венецианского фестиваля, иллюстрации в фильме нарисовал сам Цзими.³⁴

Сцены — другой путь, и сложился устойчивый коллектив: режиссёр Ли Хуаньсиун в паре с музыкантом Чэнь Цзяньци. От 2003 года «Метро» (слепую сыграла Чэнь Цичэн), через 2005 года «Счастливчик», 2008 года дебют в Малом куполе (малый спортивный дворец) «Иди налево·иди направо», до 2018 года «Кинотеатр времени» — книжки-альбомы Цзими одна за другой превращались в песни и свет. К 2025 году добавился даже цирк: постановка Ли Хуайминя «100 раз храбрости мальчика Цзими», заявляемая как первый в Тайване цирковой декоративный спектакль.³⁵

Вышедшие за театр, его картинки просочились в сам город. На платформе станции Нангань метро Тайбэя висят шесть картин из «Метро»; 2014 года Синьи Фанву сделали из «Луны забыла» настоящий «лунный автобус», курсирующий по Синьилю удуань.³⁶ Телесериалы тоже не ушли в стороне: «Иди налево·иди направо» дважды экранизировали — в Китае (2004) и в Таиланде (2020), «Метро» в Тайване сняли сериал (2006).³⁷ Одна и та же история об упущенном, другие актёры, другие языки — снова и снова новая постановка.

Одиночество перешагнуло языковой барьер. Книги Цзими переведены примерно на 20 языков, близко к 200 иностранным изданиям.³⁸ С 2014 года он девять раз подряд попадает в лонг-лист Премии имени Линдгрена (ALMA), называемой «Нобелевской премией детской литературы»; 2020 года «Кинотеатр времени» принес ему специальную премию Рагацци Болоньской ярмарки в кино-категории, жюри назвало его «indisputed master of his craft».³⁹ 2019–2020 годы в Мадриде в Мусео АБС прошла его первая крупная европейская выставка — 22 работы, 174 оригинала.⁴⁰ Человек, пишущий на тайваньском языке, рисовавший для себя, в итоге заставил мадридскую публику встать перед его послеболезненными эскизами. Сам он к международным читателям относится просто: «Тяжёлая болезнь изменила мой взгляд на многое», «Я просто рисовал те картинки, что в сердце».⁴¹

Он не остановился. 2023 года галерея Чэньпинь открыла персональную выставку Цзими, впервые показав его масляную живопись.⁴² От арт-директора рекламы, художника книжек-альбомов — через двадцать плюс лет он взял в руки масляную кисть, та рыба из стеклянного сосуда всё это время говорила об одном и том же разными способами.

Всё это держит на себе Мосэ Гуоджи (Jimmy S.P.A.), основанная 2000 года, 2014 года к ней присоединилась Мосэ Цэ Гуоджи, берущая на себя кино, выставки и общественное искусство.⁴³ Человек, рисовавший в палате маленьких людейшков, в итоге построил империю, охватывающую кино, мюзиклы, цирк, метро, анимацию. Стоит запомнить контраст: у всего этого источник — неделимое, за стеклом одиночество; а результат — язык, в который может войти кто угодно, увидеть, потрогать.

Источник данных: официальный сайт Цзими (jimmyspa.com), Два дворца OPENTIX, Википедия, официальные материалы фестивалей и издательств.

Возвращение в Лодун

Цзими — иланьский Лодун. Конца июня 2013 года, примерно в 200 метрах к югу от иланьской ж/д станции, заброшенный старый жилой квартал ж/д управления переделали в площадь Цзими — первую на всём острове тематическую площадь Цзими.⁴⁴ Она берет материал из трёх книг — «Иди налево·иди направо», «Звёздное небо», «Метро» — сцены из книжек-альбомов превращены в объекты, в которые читатели могут войти, сесть, сфотографироваться.⁴⁵

Рядом с площадью — ещё. Тот же архитектор Хуан Шэньюань со своей командой «Тяньчжунян» спроектировал другой ориентир — Лес Дюдюдан, девять стальных деревьев высотой около 14 метров, отсылающие к старому названию Иланя «Цзюйцянчэнь» (город девяти кампфоровых деревьев). Поезд-полёт «Звёздного неба» Цзими позже повесили внутри этого стального леса.⁴⁶ Перед иланьской станцией та улыбающаяся жирафа — из «Не забудь поцеловать», установлена 2014 года.⁴⁷ Город архитектурой и скульптурой оставил наследие уехавшего играя.

2016 года у иланьской станции старое здание выросло в «Станцию счастья», поезд-полёт Цзими висел в полувоздухе, пару лет позже обновили, ещё пару лет — перенесли на станцию Ушиган, где продолжает летать.⁴⁸ Маленький город, где раньше только пересаживали, проезжали мимо, картинками уехавшего понемногу стал местом, куда специально приезжают остановиться.

Цзими когда-то сказал, эти общественные искусства «с одной стороны — чтобы отдать долг родине».⁴⁹ Возвращение и туризм здесь не противоречат друг другу. Человек, уехавший из Лодуна, переродившийся в палате, позже книги которого перевели на 20 языков, в итоге вернул свой целый визуальный мир туда, откуда стартовал. Те фигуры, что он нарисовал в самые одинокие часы, сегодня стоят на улицах, где он вырос, каждый день мимо проходят незнакомцы, фотографируются с ними.

Случайно встреченный микровсплеск

С 28 марта по 19 апреля 2026 года в музее искусства Харбор-Сити в Цььмшачуй (Гонконг) прошла спецвыставка 25-летия бренда Цзими «Случайно встреченный микровсплеск» (Serendipitous Glimmers), по официальному авторизатору бренда Цзими, организаторами — Лушь Уюй и Мэйчжи.⁵⁰ Выставка поделена на три зоны: «Жизнь полна неожиданностей», «Когда один держишься», «Пейзажи в случайном микровсплеске».

Выставка отсчитывает «25-летие» от основания Мосэ Гуоджи 2000 года по сей день. Но если считать от того стеклянного сосуда — уже тридцать лет. Тридцать лет его картинки печатались книгами, снимались кино, ставились мюзиклы, вешались на платформы метро, стояли на иланьских углах, переводились на двадцать языков. Но если всё это снять — ядро неизменно: человек в самый одинокий момент, как всё ещё находит силу махнуть рукой наружу. Говорят, Цзими «за пестрой фантазией историй часто скрывается грустная внутренняя сторона».⁵¹ Двадцать пять лет прошли, та грустная внутренняя сторона на месте, просто снаружи наслаивается всё больше света.

Названия тех трёх зон — как заголовки того, что Цзими тридцать лет рисует: неожиданное, момент, когда один держишься, потом — микровсплеск. Это и есть образ «стеклянного сосуда», пройденный полным кругом: тогда та одиноко плававшая в аквариуме рыба рисовала «Когда один держишься»; а то, что она вынесла оттуда — «Пейзажи в случайном микровсплеске».

У Цзими нет публичных записей о рецидиве. Декабря 2024 года на 25-летие «Луны забыла» пробежка — он безопасно финишировал — это 29-й год после болезни.⁵² Человек, которого когда-то приговорили к раку крови, который махал друзьям сквозь стекло, который боялся не успеть закончить «Метро» до прощания — пробежал дистанцию, названную в честь своей книги.

Та рыба из стеклянного сосуда в итоге выбралась. А вынесла она — целый мир, в который одно поколение готово заселиться вместе.

Раньше я творил, чтобы утешить себя, теперь надеюсь… утешать других.⁵³

Дополнительное чтение: Официальный сайт Цзими ｜ Цзими — Википедия ｜ Министерство культуры Books From Taiwan: Jimmy Liao

Источники изображений

• Площадь Цзими (главное фото): фото Миляо жэньшэн, Wikimedia Commons, CC BY-SA 2.0
• Сам Цзими (2008 Тайбэйская международная книжная ярмарка): фото Рико Шэнь, Wikimedia Commons, CC BY-SA 4.0
• Ночная скульптура «Девушка, идущая налево»: фото лиэньюань ли, Wikimedia Commons, CC BY 3.0
• Установки на площади: фото SSR2000, Wikimedia Commons, CC BY-SA 3.0
• Лес Дюдюдан: фото лиэньюань ли, Wikimedia Commons, CC BY 3.0

Видео — встраивание официальных YouTube-каналов: MV Mayday «Звёздное небо» (BinMusic), тизер анимации «Маленькая бабочка, маленький плащ» и 25-летие интерактивной выставки (официальный канал Цзими Jimmy Liao @jimmyspa).

Ссылки